Как врагов советской власти – расстрелять

КАК ВРАГОВ СОВЕТСКОЙ ВЛАСТИ – РАССТРЕЛЯТЬ

Никита Кияшко

Поздней ночью 28 сентября 1921 года группа чекистов во главе с членом коллегии Кубано-Черноморской ЧК вывела во двор пятерых священников. Вскоре раздались выстрелы, и осужденные «враги строительства соввласти» стали падать, разжимая сложенные для крестного знамения пальцы рук. Так завершилась земная жизнь мучеников Христовых кубанских священников, 15-летие прославления которых отмечается в этом году.

Репрессивная кампания против кубанских священников началась с февраля 1921 года: проведение в крае продразверстки предоставило власти множество возможностей для расправы с православным духовенством. Видя вражду и предательство, укоренившиеся в человеческих сердцах, многие пастыри в проповедях призывали людей жить по-христиански, в любви и согласии, прекратив ненависть. Священномученик Григорий Троицкий, настоятель храма в станице Пашковской, неоднократно говорил с церковного амвона о страшной человеческой вражде, доносах и о том, «что если так будет дальше, то никогда люди не смогут зажить мирно и по-христиански»[1]. Но власти нужны были только свои, лояльные священнослужители, с невысоким авторитетом и без особых пастырских талантов. А что следовало делать с пастырями, проповеди которых передавались из уст в уста, и их имена знали в каждой кубанской станице? Высылать или расстреливать: таким было решение победившего пролетариата.

С целью учета и контроля количества духовенства и монашествующих Кубано-Черноморской областной чрезвычайной комиссией по борьбе с контрреволюцией, спекуляцией, саботажем и преступлениями по должности было начато масштабное анкетирование священнослужителей[2]. Поскольку в те годы отношения Церкви с властью осложнялись антирелигиозными законами, то открытое признание и содействие религиозной политике со стороны духовенства воспринималось как отступничество. Для служения на приходах священникам требовалось огромное мужество и бесстрашие, необходимые для отстаивания интересов Церкви перед государством. Как свидетельствуют документы, таких священников знала вся Кубань: благочинных отца Григория Троицкого, Василия Судницкого, Андрея Ковалева, Иоанна Бойко, Иоанна Яковлева, Иоанна Говядовского, Александра Пурлевского, Александра Макова, Василия Жогина, Леонида Дмитриевского.

Агент-осведомитель Кубанской ЧК доносил: «Это видные люди церковной жизни на Кубани»

Как писал агент-осведомитель Кубанской ЧК, «все указанные священники известные как определенные и злостные контрреволюционеры, могущие иметь громадное контрреволюционное влияние на массы, способные при удобном случае с крестом в руках повести народ против соввласти… это были видные люди церковной жизни на Кубани»[3]. Уже одно это свидетельство сотрудничающего с властью говорит об очевидном и для безбожников масштабе личностей священномучеников.

Народная любовь к выдающимся пастырям была настолько сильной, что при переводах на другие приходы люди шли к архиерею с просьбами оставить своих священников на прежних местах. В августе 1921 года служившие в Екатерининском кафедральном соборе г. Краснодара протоиереи Иоанн Говядовский и Александр Пурлевский ожидали перевода в другой храм. Они оба были выпускниками духовных академий, имели опыт преподавания и живого богословия – уже только это располагало и привлекало каждого приходящего к ним. Многочисленные прихожане, обеспокоенные новостью о переводе, обратились к епископу Кубано-Черноморскому Иоанну с прошением, в котором ходатайствовали оставить «на своих местах таких выдающихся просвещенных пастырей-проповедников», поскольку «в наше печальное время оскудения веры духовное просвещение и творчество, академическое образование и ораторский талант среди духовных пастырей слишком редкие явления, без которых, как без воспламеняющей искры, грозят угаснуть и заглохнуть наши лучшие религиозные порывы, представляющие собой единственное наше утешение в дни общей скорби»[4]. Об отце Иоанне Говядовском писали, что «еще никто не совершал литургию и вечерню и все требы так душевно и с чувством религиозным; хорошо слушать такого пастыря», который «так отчетливо передавал евангельские слова и всегда беседовал»[5].

Август 1921-го стал последним месяцем спокойного служения кубанских священномучеников: масштабная операция уже разрабатывалась, и оставались считанные дни до арестов. Безбожная власть руководствовалась несколькими целями, среди которых было и нанесение удара по духовенству, связанному с епархиальными финансами.

Прот. Иоанн Говядовский с супругой и сыном. Фото нач. XX в

15 сентября чекистами в доме клира при Дмитриевском храме Краснодара был арестован его настоятель священномученик Иоанн Яковлев; в квартире при Екатерининском соборе – протоиерей Иоанн Говядовский; в своих домах были арестованы жившие на ул. Гимназической священномученик Григорий Конокотин и в станице Пашковской священномученик Григорий Троицкий. 21 сентября спешно арестовали председателя епархиального свечного завода священномученика Андрея Ковалева, занимавшего одну из важных должностей в системе управления епархией.

Несколько дней длились мучительные для священников допросы: поочередно в комнату к следователю приводили одного за другим, но никто из священников в мнимых обвинениях в «контрреволюционной деятельности, бегстве от соввласти и переписке с высланным духовенством» не признал своей вины[6]. Единство в правде, готовность пострадать за Христа даже до смерти и общая молитва объединяли арестованных пастырей, чья судьба была уже предрешена земной властью. Многочисленные заявления и ходатайства, которые направляли в самые разные инстанции благочестивые прихожане, друзья и дети арестованных, уже не приносили никакого результата.

В каких условиях находились в это время во внутренней тюрьме КубЧК священники, неизвестно. Но ясно одно – благодать Святого Духа, «всегда немощная врачующая и оскудевающая восполняющая», укрепляла страдальцев Христовых, помнивших слова Спасителя: «Когда же будут предавать вас, не заботьтесь, как или что сказать; ибо в тот час дано будет вам, что сказать, ибо не вы будете говорить, но Дух Отца вашего будет говорить в вас» (Мф. 10: 19–20). Особенно долго допросы длились с 21 по 22 сентября, после которых помощник уполномоченного ЧК по духовенству составил заключение с предложением выслать арестованных в Архангельскую губернию без права возвращения. Но таких священников власть высылать боялась, опасаясь влияния их авторитета и в других губерниях.

«Для поддержания общей политической ситуации» священников приговорили к расстрелу

Уже на следующий день коллегия ЧК вынесла смертные приговоры всем священникам с формулировкой «для поддержания общей политической ситуации»[7]. Ясно, что за этими туманными словами скрывалось отсутствие каких-либо доказательств вины. Даже один из чекистов в отношении отца Иоанна Говядовского писал: «…факта преступления… в связи с высланным в концентрационный лагерь духовенством доказанным не считать, но, принимая во внимание, что Говядовский – видная личность… считаю пребывание Говядовского в пределах Кубчеробласти безусловно недопустимым»[8].

В 2 часа ночи 28 сентября мучеников Христовых вывели из камер и повели по длинным коридорам внутренней тюрьмы[9]. Они понимали: их ведут на расстрел, и уже по дороге читали отходные молитвы, прославляя Бога. В присутствии члена коллегии ЧК и двух тюремных сотрудников расстрельная команда выстроила пастырей вдоль стены, и по сигналу раздались выстрелы. Кто-то из отцов успел перекреститься, прежде чем пули врагов Христовых оборвали их земную жизнь, открыв путь в вечное «Царство, уготованное от создания мира» (Мф. 25: 34) верным служителям святого алтаря.

Многие годы имена мучеников Христовых оставались в забвении настолько, что даже в семьях об убиенных практически не говорили. Неизвестно и место захоронения пастырей. Но волей Божией было суждено восстановить в памяти кубанцев имена страдальцев: с 1990-х годов, на волне реабилитации политических осужденных и публикаций закрытых ведомственных архивов, стали известны страшные обстоятельства сентября 1921 года. Силами Комиссии по канонизации святых Кубанской епархии были собраны исторические документы о четырех священномучениках, их следственные дела и материалы допросов. Эти документы открыли верующим Кубанского края всю красоту священномучеников: их бесстрашие, веру и решимость пострадать за Христа.

На заседании Священного Синода Русской Православной Церкви 26 декабря 2003 года произошло историческое событие для Кубани: имена пресвитеров Андрея Ковалева, Григория Конокотина, Григория Троицкого и Иоанна Яковлева были включены в список Собора новомучеников и исповедников Церкви Русской и прославлены в лике священномучеников.

Никита Кияшко

  1. [1] Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83548. Л. 9 об.
  2. [2] См.: Государственный архив Краснодарского края. Ф. Р-102. Оп. 1. Д. 138. Л. 76.
  3. [3] Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83548. Л. 17.
  4. [4] Архив Екатеринодарской епархии. Д. П 88/1. Л. 3.
  5. [5] Архив Екатеринодарской епархии. Д. Г 57/1. Л. 21об. – 23.
  6. [6] Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83548. Л. 10.
  7. [7] Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83549. Л. 54.
  8. [8] Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83522. Л. 12.
  9. [9] См.: Архив Управления ФСБ РФ по Краснодарскому краю. Д. П-83537. Л. 24.

Источник: http://www.pravoslavie.ru/11663.html


База данных репрессированных 

Обновления в Базе данных репрессированных
Последние публикации
В УПЦ вшанували пам'ять жертв комуністичних репресій в СРСР

В УПЦ вшанували пам'ять жертв комуністичних репресій в СРСР

На парафіях Української Православної Церкви піднесуть молитви за жертв політичних репресій 1937-1938 років

На парафіях Української Православної Церкви піднесуть молитви за жертв політичних репресій 1937-1938 років

УПРАВДЕЛАМИ УПЦ ПРЕДСТАВИЛ ЦИКЛ ФИЛЬМОВ О НОВОМУЧЕНИКАХ И ИСПОВЕДНИКАХ

Управделами УПЦ представил цикл фильмов о новомучениках и исповедниках

В Українській Православній Церкві відновлюють зруйнований радянською владою Межигірський монастир

В Українській Православній Церкві відновлюють зруйнований радянською владою Межигірський монастир

На Кіровоградщині чекають канонізації мученика–священика, мощі якого знайшли три роки тому

На Кіровоградщині чекають канонізації мученика–священика, мощі якого знайшли три роки тому

Митрополит Антоній: «Закликаю молитися за всіх невинноубієнних і постраждалих в роки комуністичних репресій»

Митр. Антоній: «Закликаю молитися за всіх невинноубієнних і постраждалих в роки комуністичних репресій»

Можливість прославлення репресованого о. Михаїла Под'єльського розглянули на комісії Бориспільської єпархії

Можливість прославлення репресованого о. Михаїла Под'єльського розглянули на комісії Бориспільської єпархії

Церковь Мучеников: гонения на веру и Церковь в ХХ веке

Церковь Мучеников: гонения на веру и Церковь в ХХ веке

Церква мучеників: гоніння на віру та Церкву у ХХ столітті

Церква мучеників: гоніння на віру та Церкву у ХХ столітті

5 новых мучеников Сумской и Александрийской епархий, пострадавших в годы советских гонений, канонизируют в УПЦ

5 новых мучеников Сумской и Александрийской епархий, пострадавших в годы советских гонений, канонизируют в УПЦ